ГЛАМУР-МУР-МУР ПО-КИТАЙСКИ

Люди, годы, жизнь, Проза; Понедельник, Сентябрь 27, 2021

Кван К. Безумно богатые азиаты: роман / Пер. с англ. Н. Власовой. – М.: Иностранка, Азбука-Аттикус, 2019. – 560 с.

Кван К. Безумно богатая китайская девушка: роман / Пер. с англ. Н. Власовой. – М.: Иностранка, Азбука-Аттикус, 2020. – 544 с.

Кван К. Проблемы безумно богатых азиатов: роман / Пер. с англ. Н. Власовой. – М.: Иностранка, Азбука-Аттикус, 2021. – 576 с.

Дарья ВАЛИКОВА. Фото из открытых источников.

Для начала представьте, что вы не видели этих названий, а только слышите краткий пересказ сюжета. Представили? Тогда, значит, так. Вот девушка из Америки, лет около тридцати, преподаёт в университете экономику; вот её бойфренд, чуть старше, преподаёт в университете историю. Оба считают себя американцами, хотя по национальности – происходят с другого континента, но для Америки вообще, а в нынешней особенно, это дело обычное.

Живут вместе, снимая маленькую нью-йоркскую квартирку, о женитьбе не думают – не до того. Но вдруг парень приглашает свою подругу съездить к нему на родину, на свадьбу к приятелю и вообще… Мамаша девушки смекает: это он тебя явно с роднёй своей познакомить хочет, давай-ка им в нашем универмаге по скидкам подарков накупим…

Сюрпризы для девушки начинаются с аэропорта: полёт с какой-то стати вип-классом, по прилёте встречает лимузин какой-то там дорогущей марки, дальше – больше… Короче говоря, выясняется вдруг, что дружок-то её раньше маскировался под обычного профессора, а сам, однако, – сын богатейших родителей, наследник баснословного состояния. И начинается вхождение героини в мир не больших, но – гигантских денег и всего, что им сопутствует…

Там её, как бедняжку-золушку, сперва будут травить во всех смыслах завистницы, но потом выяснится, что на самом-то деле и она не лыком шита: её отец, которого она увидит только на собственной свадьбе (тот, который настоящий; официальный-то сидит в тюрьме за коррупцию), —  оказывается, миллионер и член правительства… В общем, всё образуется.

Так, скажет тут вменяемый читатель, ТАМ-то, похоже, совсем уже дошёл до ручки, предлагая мне такое идиотское мыло, сварганенное, наверняка, какой-нибудь американской графоманкой для таких же дурочек – любительниц хоть мысленно приобщиться к «дорого-богато», пока те едут с работы на метро в свои спальные районы, убогие квартирки…

Ох, если б всё было так просто!.. Ну, во-первых, на самом деле перед нами — отнюдь не та гипотетическая тётка, завистливо описывающая упомянутый мир явно не изнутри, а со стороны; Кевин же Кван описывает его (и надо сказать, превосходно; идеально тонкий юмор выше всяких похвал), будучи выходцем из самых что ни на есть глубин.

А во-вторых, и это главное, — речь идёт не о западной финансовой элите, и наша пара летит из Америки вовсе не в Европу, как можно было бы подумать. Дело в том, что Рейчел Чу и Ник(олас) Янг, таковы их имена, — этнические китайцы. Представители той самой экзотической для нас нации, что вот-вот станет мировым лидером, то есть будет править планетой вместо сходящих с этой стези США. А, стало быть, — во многом формировать миропорядок, задавать тон,  «ворочать вкусами толп»…

И узнать из первых рук про то, как живёт и «чем дышит» слой международной китайской элиты, уже сейчас контролирующей огромные ресурсы, — весьма и весьма полезно. Почему международной? Да потому, что – где она только не обретается: Сингапур, Тайвань, Макао, Таиланд, Малайзия, Индонезия; конечно, тут же и основной материковый Китай – там миллиардерами особенно кишит Шанхай (азиатская столица вечеринок) и разумеется, Гонконг, до сих пор живущий в Китайской Народной Республике наособицу.

Правда, Япония и Корея в этом списке явно отсутствуют (видать, оборону от китайского натиска держат крепко); зато имеются ещё Австралия, Калифорния, Лондон, Париж, Швейцария…

Подобного рода китайцы везде и всюду: приобретают и инвестируют, проживают там, где понравится, вступают в браки с любыми представителями мировой элиты, не переживая за свою драгоценную кровь: всё равно победит она, так что – родниться можно хоть с обедневшим английским аристократом (зато титул!), хоть с каким-нибудь иранским евреем (но с состоянием в пол миллиарда), хоть с индийскими махараджами, хоть с членами малайской королевской династии…

В результате существует множество китайских типов и подтипов – например, «китайцы пролива», они же перанаканцы (представители уникальной сингапурской культуры – гибрида китайского, малайского, индийского, английского и голландского влияний), киндократы (китаец+индонезиец=аристократ), чаппи (китаец-яппи), дети третьей культуры (дети экспатриантов, у которых формируется новый тип культуры на основе культур страны происхождения и страны пребывания), китайцы-бананы (жёлтые снаружи, белые внутри) и прочие группы и подгруппы – всех не перечислить.

Но главный признак, по которому можно классифицировать владельцев крупнейших состояний — то, какая роскошь их окружает, вульгарная или утончённая. То есть – аристократы перед нами или нувориши? Фуэрдай —  богачи во втором поколении? Или же — в третьем, четвёртом и так далее; а может, и вовсе в первом (что чаще всего имеет отношение к   материковым, «коммунистическим» китайцам)?

Тогда – всё просто: вы можете сколько угодно мажорить, в очередной раз разбивая новенький феррари или ламборгини; посылать любимых собачек на другой континент к лучшему в мире собачьему… думаете, ветеринару? – нет, экстрасенсу; можете, обозревая в парижском бутике стену, увешанную от пола до потолка новой коллекцией сумочек, ткнуть три раза и на вопрос продавщицы «Эти три?» отвечать: «Нет, беру всё кроме этих трёх»; летать на собственном боинге, где, помимо кино- и караоке-залов, спа-салона и настоящей полностью оборудованной клиники,  имеются целый бассейн и даже пруд с живыми карпами, или построить себе особняк в виде копии любимого вип-отеля, который не получилось купить, — но только больше и лучше (ну и так далее, тема «красиво жить не запретишь» раскрыта автором, кажется, более чем полностью)…

Однако при этом шансы быть принятыми в настоящий высший свет у вас всё равно крайне маловероятны. Пусть у вас в кармане — хоть десять миллиардов, а у каких-нибудь тамошних представителей – всего-то сто миллионов, но они всё равно «будут считать вас грязью под ногтями».  Ибо в этих кругах ценятся прежде всего происхождение (вас и ваших денег), образ жизни в целом, манеры и вкус, класс и стиль – а с этим, как понимаете, у «новых» китайцев беда бедовая.  

Чего стоит эпизод в Париже, когда один такой персонаж мечтает: «Если бы только эти глупые парижане позволили строить небоскрёбы в своём городе. Виды были бы невероятными и цены на недвижимость стали бы просто убийственными». (Разве тут не следует насторожиться мировому культурному достоянию: если не дозволено сегодня, то кто знает, что будет завтра?..)

Ещё более выразительный персонаж трилогии, некая Китти Понг, поначалу малоизвестная актриса, снимающаяся в мыльных операх, а до того чуть ли не в порнофильмах, ухитряется женить на себе сына миллионера, и… И, подобно старухе из «Золотой рыбки», начинает повышать ставки – сперва в сфере потребительства, затем – социального самоутверждения. То есть, мало девушке позировать для жёлтой прессы в таких громадных драгоценностях, что «переходят грань пошлости и попадают на территорию непристойности», мало перекупать у других сверхбогачей древности на аукционах – ей хочется в самое высшее гонконгское общество…

А там для таких, как она, высится незримая, но прочная стена. В результате, чтобы изменить подмоченную репутацию и достигнуть «порога социальной приемлемости», то есть попросту стать однажды вхожей в высокопоставленные гостиные, принятой в закрытые клубы, иметь возможность определить детей в особые школы (а когда придёт срок, то и упокоиться на лучшем из кладбищ), ей приходится нанимать специального имиджмейкера.

Дама соответствующего происхождения, после тщательного обследования гардероба, украшений, недвижимости, транспортных средств и бытовых привычек претендентки подготавливает ей специальную многостраничную методичку с приложениями по руководству на все случаи жизни для достижения подлинной респектабельности. Где речь идёт не только о причёсках, пластической хирургии, правильных дизайнах интерьеров, нужных ресторанах, приличествующих местах отдыха и т.п., но и обговариваются такие темы, как «Духовная жизнь», «Культура и светские беседы», «Коллекция произведений искусства», «Список для чтения» – в общем, песТня (с коей не помешало бы ознакомиться «новым русским» — кто их там у нас описывает: Робски, Минаев? – рьяно изображающих из себя чуть ли не аристократов).

Возвращаясь к нашей парочке – Рейчел (родом из КНР, то есть материковая китаянка, но с самого раннего детства существующая в исключительно американской среде и потому явно относящаяся к «бананам») приглашена в Сингапур, на родину её Ника – и по совместительству самого автора, Кевина Квана, также рождённого в привилегированной местной семье, но в детстве увезённого в Америку и состоявшегося там (в качестве известного дизайнера, затем писателя). В центре трилогии – жизнь и быт клана Янгов, Шанов и Цяней, трёх ветвей старинного сингапурского рода.

Почему-то все их представители при китайских своих фамилиях имена носят чисто европейские (это характерно и для Гонконга) – сплошь Генри да Леонарды, Розмари и Фелисити… (Впрочем, если вспомнить, что в этом городе-государстве население говорит на «синглиш» — особом английском языке с привнесением китайских, малайских и тамильских слов, а также о том, что многие из них исповедуют христианство, о чём ниже…) Чтобы читатель не запутался, каждую книгу предваряет сокращённое генеалогическое древо, где возле некоторых персонажей в скобках содержится пояснение: Мейбл Цянь по прозвищу Аэродинамическая труба (сноска: вот что бывает, если делаешь подтяжку лица в Аргентине); Кассандра Шан (Радио Азия Один; сноска: сплетни в её исполнении распространяются быстрее, чем новости Би-би-си) и так далее. Очень, надо сказать, удобно!

Эпиграфом к одной из частей взяты слова американской писательницы Дороти Паркер: «Если хотите знать, что Господь думает о деньгах, взгляните на людей, которым Он их дал». Звучит, однако, двусмысленно, ибо люди эти всё-таки довольно разные. В предложенном нам роду кого только не встретишь: есть и те, которым всё мало («Эдди чувствовал себя крайне обделённым по сравнению с большинством своих друзей. У него не было особняка на Виктория-пик (всего лишь двухуровневый пентхаус в небоскрёбе. – Д.В.). У него не было своего самолёта. На яхте, слишком маленькой, чтобы разместить с комфортом больше десяти гостей на бранче, не было штатной команды. У него не было картин Ротко, Поллока и других вошедших в историю американских художников, которые необходимо повестить на стену, чтобы в наши дни считаться по-настоящему богатым»), и те, что при наследственных миллионах живут достаточно скромно и много работают – причём, не обязательно в семейном бизнесе, многие, к примеру, в медицине (обычно являясь крупными известными светилами; врачей, наряду с юристами и финансистами, в этой среде ценят превыше всего).

Есть расточители, а есть и примеры комического скупердяйства, когда почтенные матери семейств, владеющие недвижимостью по всему свету, с рождения привыкшие получать всё «на блюдечке с бриллиантовой каёмочкой», одновременно трепетно собирают скидочные купоны-талоны, маниакально экономят электричество и даже подворовывают на банкетах любимые булочки-тортики, запихивая их в сумочки «Биркин» или клатчи от Живанши…

А есть и совсем другие – взять самую обаятельную из героинь трилогии по имени Астрид Леонг. Вот кто настоящая аристократка по натуре, принцесса из принцесс (хотя никаких особых королевских кровей не имеется, папаша – вроде бы монополист по части пальмового масла) – идеально воспитанная, с врождённым достоинством и эталонным вкусом, безмятежно-доброжелательная ко всему сущему… Происходя из кругов, в которых больше всего ценится незаметность, она никогда не появляется на страницах модных журналов или передачах жёлтого толка (с журналистами на сей счёт даже заключено специальное соглашение) – зачем ей это? Стремиться в светскую хронику – удел плебеек типа Китти Понг, Астрид же и так самодостаточна.

Такая автономность, впрочем, приводит к недоразумениям, когда на элитнейших вечеринках в Венециях, Парижах и иже с ними, где она время от времени появляется, многие начинают гадать – эта юная азиатская красотка, «излучающая сдержанную роскошь» – чья, интересно, новая содержанка? На самом деле, Астрид сама много кого из них способна взять на содержание – как взяла, по сути, собственного мужа.

Вообще-то ей полагалось, как всем сингапуркам её уровня, закончить в установленном порядке определённые женские школы, всё свободное время проводить с командой репетиторов (изучая всё, от китайской классической литературы до многофакторного анализа, от игры на флейте и скрипке до верховой езды), затем с отличием закончить университет (местный или в Англии; остальные варианты исключены), затем, если уж так хочется, немножко поработать по специальности и, наконец, выйти замуж «за кого надо». После чего, произведя на свет нескольких детей (из них — минимум двух мальчиков!) подряд, отдать их нянькам и гувернанткам и – «вплоть до тихой и спокойной кончины» предаваться достойным радостям жизни: гала-вечерам в загородных клубах, бриджу и маджонгу, курортам и шопингу, немножко — необременительным занятиям благотворительностью…

Однако Астрид всегда спокойно, без шума и пыли, поступает, как заблагорассудится ей самой. «Она не была бунтаркой – это предполагало бы, что Астрид нарушает установленные правила. Нет. Она просто устанавливала новые…» В результате девушка без всякого профильного образования (у неё и так глаз-алмаз на всё истинно прекрасное) состоит сотрудником Музея изящных искусств («помогая за кулисами с некоторыми стратегическими приобретениями»), ну, а мужа себе, бывшего местного спецназовца, что гол как сокол и только пытается наладить свой бизнес, выбирает исключительно за красоту и атлетизм.

Великодушно, чтобы тот не слишком комплексовал, живёт с ним и ребёнком в простой четырёхкомнатной квартире, в доме для среднего класса. Всей прислуги – нянька да кухарка; наша Астрид сама водит машину и даже иной раз закупается в супермаркете, словно простая смертная денэнс (т.е. – деньги есть, но это не состояние). А на самом деле у девушки не только баснословные счета, у неё даже собственный островок в океане имеется, с должной инфраструктурой (включая видеосвязь с большой землёй), где можно в минуту жизни трудную скрыться и помедитировать насчёт дальнейшего…

И хотя по-настоящему ей место где-нибудь «за столом в длинной галерее особняка Лерм-Пьер, при свечах, в окружении севрского фарфора времён Людовика XV и картин Пикассо “розового периода”», такая почти аскетическая жизнь в родном Сингапуре девушку вполне устраивает, одна проблема – куда, куда девать платья из новых коллекций европейских кутюрье, которые она не может не приобретать с необходимой регулярностью? Ведь, по-хорошему, для них требуется гардеробная размером со всю её квартиру, с климат-контролем и камеристкой в придачу… (Кстати, упомянутый муж ещё себя покажет, когда войдёт во вкус больших денег и возжелает жить на всю катушку; ни к чему хорошему это не приведёт – но то отдельная история.)

Астрид Леонг и Николас Янг – двоюродные сестра и брат, и по совместительству являются самыми любимыми из внуков Шан Суи. Сия бабушка — матриарх рода, проживающая в поместье под названием Тайерсаль-парк, которого не найдёшь на карте города. В Сингапуре, из-за маленькой его территории, подавляющее число граждан проживает в многоквартирных высотных домах, отдельным особняком могут обладать лишь редкие и, конечно, очень богатые счастливчики (как, впрочем, и в основной, «внутрикольцевой» Москве, хотя по территории она больше. – Д.В.); а тут – целый дворец, скрывающийся за Ботаническим садом…

Кому он достанется после смерти бабушки, гадают все, кому не лень. По идее, Тайерсаль-парк должен унаследовать Ник – единственный сын единственного сына, да ещё, как было сказано, её любимчик… Однако Ник твёрдо решает жениться на безродной бесприданнице Рейчел Чу – к сожалению, лишь однофамилице тайваньских королей пластика (то, что отцом её оказывается член Политбюро КПК и легальный коммунист-капиталист — выяснится позже) – и тем попадает в немилость. При этом оживляются другие претенденты…  Интрига, которая разрешится, как положено, ближе к финалу.

Эта бабушка Шан Суи, живущая в окружении толпы служанок (родом из нищих деревень материкового Китая, что при пожизненном найме на эту работу берут обязательство безбрачия и непорочности, словно монахини); свято чтящая честь рода и патриархальные традиции, представляется неким дремучим истуканом, которого побаиваются все – дети, внуки, зятья и так далее. Однако уже после её смерти выяснится, что она вовсе не была такой уж безропотной восточной дочерью, потом — женой магната, чьё дело — рожать детей да разводить орхидеи, обитающей в золотой клетке и не знающей настоящей жизни. Окажется, что во время войны Шан Суи героически проявила себя при японской оккупации острова, да и вообще в её биографии найдутся преинтересные моменты, о которых никто и не подозревал…

Кстати, многочисленный обслуживающий персонал получит по её завещанию сполна: главная из служанок – ни много ни мало, три миллиона долларов США; прочие горничные, кухарки, садовники, охранники, водители – поменьше, но тоже, поверьте, весьма неплохо… А вот, к примеру, нелюбимая невестка – только ящик дорогого мыла; тем самым даётся понять, что свекровь считала её «грязной женщиной». Ну, и так далее. Прямое же потомство получит недвижимость, земли, драгоценности, всевозможные коллекции редких вещей и всё такое прочее, но вот что касается собственно денег… Однако не станем «спойлерить», желающие прочтут сами.

Так чем же, всё-таки, китайские богачи отличаются от всех прочих богачей, например, европейских? На первый взгляд – ничем особенным. Так же, как и западная элита, они одеваются в известные мировые бренды, а молодые и экстравагантные представители могут так же ходить в рваных джинсах и резиновых шлёпках – «то ли бездомный, то ли владелец Гугла». Они смотрят «Игру престолов» и прочую продукцию Голливуда, играют в гольф, уважают джин, виски и французские вина… Правда, кухня в основном ценится своя, китайская. Многие персонажи, как было сказано, проживают по всему свету – но селятся всегда только там, где по-настоящему хорошие китайские рестораны находятся в пределах досягаемости.

Восхитительна, к примеру, сценка в одном ресторане высокой китайской кухни, когда личная помощница молодой миллиардерши, после разных там морских окуней с грибами в листьях лотоса, гребешков с ароматом белого трюфеля, поросят с медовым соусом ет сетера, на десерт для своей хозяйки заказывает «птичье гнездо, сваренное с леденцовым сахаром» (видимо, знаменитое ласточкино? – Д.В.) и непременно, как она любит, «заправленное девятью каплями “Амаретто Дисаронно” и посыпанное стружкой из двадцатичетырёхкаратного золота» (пожалуйста, не спрашивайте: они что, золото уже едят? Просто не знаю! – Д.В.).

Всё это, впрочем, сторона бытовая. Хотелось бы понять, имеется ли у подобного слоя людей некая общая ментальность и насколько она близка или чужда той же нашей, западной? Надо сказать, что многие, если не большинство, китайцев из стран-«тигров» (но, кажется, всё-таки не из КНР), исповедуют с некоторых пор христианство. В связи с этим можно вспомнить, что очень большой процент христиан приходится также и на население Южной Кореи.

Но реально ли это изменило конфуцианско-даосско-буддийскую «картину мира» в головах тех китайцев, корейцев и прочих азиатов? Не очень-то похоже. Единственным, кстати, из персонажей Квана, кто являлся   подлинно верующим христианином, оказался сэр Джеймс Янг, давно покойный муж той самой бабушки Шан Суи. Он не только — при всём громадном состоянии — был выдающимся врачом, лечившим обычных простых людей, он, как узнают дети-внуки впоследствии, и во всех перипетиях своей частной, личной жизни проявил себя как праведник.

Что касается всех прочих, то они, да, являются прихожанами церквей, дамочки любят посещать кружки по изучению Библии и так далее. Однако, всё это прекрасно сочетается не только со своими национально-религиозными праздниками и обрядами (к примеру, похоронным), но и конфуцианскими ценностями вообще – допустим, верой в то, что души предков может кормить только потомок мужского пола.

Впрочем, современные амбициозные девицы уже раздражаются отношением к себе как к потенциальным «матерям сыновей» и огрызаются на давящих родственников в духе: я вам не инкубатор! Этим «девушкам из высшего общества», надо сказать, вообще нелегко. Хочешь яркой жизни и славы, например, стать представителем какого-нибудь международного бренда? Но тогда готовься, что твой «календарь будет забит до отказа», у тебя окажется минимум три-четыре «социальные функции» и потому необходимо каждый божий вечер появляться на публике и каждую неделю путешествовать по делам – всё серьёзно, ни покоя тебе, ни приватности!

Хочешь, наоборот, блистать исключительно в закрытом для широкой публики настоящем высшем свете? Тогда жизнь твоя будет состоять из сплошных строгих правил и ограничений, шаг влево, шаг вправо – остракизм и всеобщее презрение, см. памятку для Китти Понг.

Хочешь просто замуж по любви? Если ты только не Астрид Леонг и ей подобные, то тебе разумно растабличат, что твой избранник не скоро дождётся своих ничтожных примерно сорока наследственных миллионов (родители ещё не старые), а того примерно пол-лимона в месяц, что он будет тебе приносить с зарплаты вице-президента третьесортного банка после налогов и взносов, прожить решительно невозможно (следуют расценки на: «нормальную»  квартиру, смену гардероба каждый сезон (и хорошо ещё, что в Сингапуре их только два – «жара и жарища»), отпуск два раза в год, уход за лицом и телом, массаж, пилатес, йогу, личного тренера, служанок из Индонезии или Шри-Ланки, тем паче из Швеции или Франции, членство в паре нужных клубов и прочее самое минимально необходимое, чтоб не «позориться на публике»). Так что – «Пора порвать с ним и позволить Лорен познакомить тебя с одним из пекинских миллиардеров, пока не поздно»… Короче, богатые тоже плачут. Но чаще, надо сказать, всё-таки радуются, получая от жизни удовольствий по максимуму.

Думают ли они, в принципе, о социальном неравенстве и подобных материях? Опять же, кто как. Рейчел Чу, уже ставшая женой Ника, то есть вошедшая в могущественный клан Янгов, путешествуя по КНР, своей исторической родине, говорит: «… существует определённая грань, которую я никогда не перешла бы в шопинге… Если на одежду от-кутюр тратят больше денег, чем на прививки против кори для тысячи детей или на обеспечение чистой водой целого города, это просто нечестно». На что одна подруга отвечает ей: «Но ведь всё относительно? Тому, кто живёт в глинобитной хижине, покажется нечестным платить двести долларов за джинсы, что сейчас на тебе надеты. Женщина, покупающая дизайнерское платье, может заявить, что команде из двенадцати швей понадобилось три месяца, чтобы создать этот наряд, и всем им нужно кормить семьи. Моя мать хотела видеть на потолке своей спальни точную копию барочной фрески, которую она видела в каком-то дворце в Германии. Это стоило ей полмиллиона долларов, и двое художников из Чехии работали каждый день в течение трёх месяцев. Один парень смог купить и обставить новый дом в Праге, а другой отправил своего ребёнка в университет в Пенсильванию. Все по-разному решают, как тратить деньги, но, по крайней мере, мы можем сделать этот выбор».

Глядя вокруг, Рейчел, не может не восторгаться: «Просто опомниться не могу! Все эти мегаполисы, построенные в одночасье, непрерывный экономический бум…» И вспоминает: «Помнишь, я преподавала в Чэнду в две тысячи втором году? (Действие происходит примерно десять лет спустя. – Д.В.) Там, где я жила, был один общий туалет, и это считалось роскошью. / — Ха! Да ты бы сейчас Чэнду не узнала. Это Силиконовая долина Китая, там производится пятая часть всех компьютеров в мире».  Получается – можно сколь угодно сетовать на капиталистическое неравенство, нечестность, несправедливость, однако нельзя не признать, что при всём том свобода предпринимательства обеспечивает и колоссальное развитие, вытаскивая из нищеты сотни миллионов людей…

Итак, резюмируем: если вы не пламенный марксист, а, в принципе, согласны с тем, что обвинять человека, которому Бог (природа, судьба, провиденье…) назначил родиться в безумно богатой семье, – бессмысленно, главное то, каким он станет, как будет распоряжаться полученным багажом – то данные книжки вам можно рекомендовать смело. А если вы интересуетесь этой элитой с социологической, исторической, этнографической точек зрения – то тем более. В таких случаях – приятного прочтения!

Tags: , ,

Оставить мнение

Доволен ли ты видимым? Предметы тревожат ли по-прежнему хрусталик? Ведь ты не близорук, и все приметы - не из набора старичков усталых…

Реклама

ОАО Стройперлит